Гишторическия парадоксы
Aug. 26th, 2009 02:35 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jaerraethЛучший враг
"Среди нечеловеческих жестокостей, происходивших в городе, имел место один случай, достойный повествования; случай, который, до некоторой степени, может служить противовесом этих зверств.
Еще задолго до того, существовала смертельная вражда между двумя людьми, которую не могло примирить никакое посредничество их друзей и соседей, - вражда между лейтенантом гонората савойского маршала Виллара Везеном, славившимся среди дворян его провинции не только своей храбростью, но и отталкивавшей многих зверской натурой, и Ренье - молодым человеком, равным с ним по происхождению и отваге, но более кроткого нрава. Когда, посреди этого ужасного смятения бойни, видевший смерть на каждом шагу Ренье уже готовился к самому худшему, перед ним, в его жилище, явился Везен, в сопровождении двух спутников, вооруженных шпагами. В ожидании неминуемой смерти, Ренье встал на колени в последней молитве, но Везен грубо приказал ему встать и садиться на коня, уже ожидавшего на улице. Так он увлек за собою Ренье, не знавшего куда его везут, прочь из города, взяв с него честное слово, что дорогою он не попытается бежать. Вместе, нигде в пути не останавливаясь, они доехали до самой Гиени. Все это время Везен почти не разговаривал с Ренье, но заботился, чтобы у него были кров и пища. Таким образом они прибыли в Керси, в замок Ренье. Тут Везен обратился к нему, сказав: "Вы знаете, как давно я искал случая отомстить вам, и как легко я мог бы сделать это, воспользовавшись нынешними обстоятельствами. Но моя совесть не позволяет мне этого, а ваша храбрость требует, чтобы мы встретились при равных условиях. Берите свою жизнь, которой вы обязаны моему снисхождению".
(Из записок де Ту о событиях Варфоломеевской ночи)
Неправдоподобно, да? Не бывает?
(Родент)
===
Души прекрасные порывы
Известно, что Бюсси был тем ещё забиякой. Известно и то, что этот светоч благородства во время Варфоломеевской ночи в первую очередь озаботился своими финансовыми проблемами. Но в романе Дюма постоянно повторяет, что он-де ранее отважно воевал, а не только дрался на дуэлях. Действительно, Бюсси повоевал, в том числе в религиозных войнах, и вот каким был его самый известный (хотя и не совершённый) подвиг.
Несмотря на родовитость, по каким-то соображениям он обосновался не в жандармерии, а на посту командира (владельца) пехотной роты. Душа просила эпических свершений, а потому г-н Бюсси постоянно думал, к чему бы приложить свои недюжинные таланты. В итоге додумался он до того, что надо устроить засаду отряду немецких рейтар на службе короля, всех перебить, а потом грабануть. Всё уже было готово, офицеры роты согласились участвовать, но внезапно великого конспиратора раскрыли, сделали выговор и лишили командования, а роту расформировали.
Да, бездушная военная машина уже в то время была глуха к благородным порывам.
(antoin)
===
Зарплата по-наваррски
Март 1590 года. Генрих Наваррский готовится к битве под Иври, которая решит, кому править Францией. У полковника Теодора Шомберга другие проблемы: полк его немецких наёмников слишком давно не получал жалованья, того и гляди взбунтуется. Шомберг решает пойти к Генриху и попросить выплатить хотя бы часть долга, чтобы обеспечить повиновение полка. Генрих, погружённый в размышления о численном превосходстве противника, посылает полковника прочь со словами «Нашёл же, блин, время просить денег, когда надо просить указаний на битву!»
На следующий день Генрих видит, что Шомберг едет во главе своих немцев, пребывая в наимрачнейшем расположении духа. Генрих соображает, что дал маху, и немедленно скачет к полковнику, придав лицу самое любезное и дружеское выражение из возможных. «Мсье Шомберг, я обидел вас — говорит он так громко, что слышат все вокруг. — Этот день может стать последним в моей жизни. Я прогневаю Господа, если паду после того, как оскорбил честь дворянина, ничем не искупив своей вины. Я уверен в вашей отваге и заслугах, и умоляю вас простить меня». «Это правда, — отвечает полковник. — Вы нанесли мне рану накануне, но сегодня вы убили меня, ибо ваше поведение в этот миг вынудит меня пожертвовать жизнью, служа вам».
Генрих выиграл битву при Иври. Теодор Шомберг погиб в ней, сражаясь рядом с королём. Наёмники получили обещанное сполна.
(antoin)
===
Дуэль с королем
На одном из смотров войск случилась у Густава Адольфа ссора с полковником по фамилии Ситон. В итоге король ударил Ситона, коему такой аргумент показался неприемлемым в текущей дискуссии. Так что по окончании маневров полковник явился к королю и потребовал отставки, король её подписал, и полковник удалился. Больше никто из них не сказал ни слова о произошедшем.
Густав, всё же, на холодную голову подумал, что вышло как-то некрасиво, и послал за полковником. Королю сообщили, что Ситон уже ускакал в сторону Дании, чтобы послужить врагам своего обидчика. Густав подпрыгнул и помчался вослед, взяв только офицера и пару слуг. Ситона он нагнал уже за датской границей, оставил всех спутников, кроме одного, и подскакал к бывшему полковнику со словами «Спешивайтесь, сударь; я признаю, что вы были оскорблены; поэтому я сейчас здесь, чтобы дать вам сатисфакцию дворянина, ибо будучи вне моих владений, Густав и вы равны. У нас обоих, я вижу, есть пистолеты и шпаги; из седла, сударь, немедленно, и дело будет решено». И король сам спрыгнул на землю.
Ситон сначала, мягко говоря, удивился, но потом очнулся и тоже спешился, упал на колено и сказал: «Сир, вы дали мне больше, чем просто сатисфакцию, когда снизошли до того, чтобы сделать меня вам равным. Упаси бог, чтобы моя шпага нанесла хоть какой-нибудь вред столь храброму и благородному государю! Позвольте мне вернуться в Стокгольм; и не лишайте меня чести жить и умереть на вашей службе». Король поднял его, обнял, и они вернулись в Стокгольм друзьями, к удивлению всех придворных.
(antoin)
"Среди нечеловеческих жестокостей, происходивших в городе, имел место один случай, достойный повествования; случай, который, до некоторой степени, может служить противовесом этих зверств.
Еще задолго до того, существовала смертельная вражда между двумя людьми, которую не могло примирить никакое посредничество их друзей и соседей, - вражда между лейтенантом гонората савойского маршала Виллара Везеном, славившимся среди дворян его провинции не только своей храбростью, но и отталкивавшей многих зверской натурой, и Ренье - молодым человеком, равным с ним по происхождению и отваге, но более кроткого нрава. Когда, посреди этого ужасного смятения бойни, видевший смерть на каждом шагу Ренье уже готовился к самому худшему, перед ним, в его жилище, явился Везен, в сопровождении двух спутников, вооруженных шпагами. В ожидании неминуемой смерти, Ренье встал на колени в последней молитве, но Везен грубо приказал ему встать и садиться на коня, уже ожидавшего на улице. Так он увлек за собою Ренье, не знавшего куда его везут, прочь из города, взяв с него честное слово, что дорогою он не попытается бежать. Вместе, нигде в пути не останавливаясь, они доехали до самой Гиени. Все это время Везен почти не разговаривал с Ренье, но заботился, чтобы у него были кров и пища. Таким образом они прибыли в Керси, в замок Ренье. Тут Везен обратился к нему, сказав: "Вы знаете, как давно я искал случая отомстить вам, и как легко я мог бы сделать это, воспользовавшись нынешними обстоятельствами. Но моя совесть не позволяет мне этого, а ваша храбрость требует, чтобы мы встретились при равных условиях. Берите свою жизнь, которой вы обязаны моему снисхождению".
(Из записок де Ту о событиях Варфоломеевской ночи)
Неправдоподобно, да? Не бывает?
(Родент)
===
Души прекрасные порывы
Известно, что Бюсси был тем ещё забиякой. Известно и то, что этот светоч благородства во время Варфоломеевской ночи в первую очередь озаботился своими финансовыми проблемами. Но в романе Дюма постоянно повторяет, что он-де ранее отважно воевал, а не только дрался на дуэлях. Действительно, Бюсси повоевал, в том числе в религиозных войнах, и вот каким был его самый известный (хотя и не совершённый) подвиг.
Несмотря на родовитость, по каким-то соображениям он обосновался не в жандармерии, а на посту командира (владельца) пехотной роты. Душа просила эпических свершений, а потому г-н Бюсси постоянно думал, к чему бы приложить свои недюжинные таланты. В итоге додумался он до того, что надо устроить засаду отряду немецких рейтар на службе короля, всех перебить, а потом грабануть. Всё уже было готово, офицеры роты согласились участвовать, но внезапно великого конспиратора раскрыли, сделали выговор и лишили командования, а роту расформировали.
Да, бездушная военная машина уже в то время была глуха к благородным порывам.
(antoin)
===
Зарплата по-наваррски
Март 1590 года. Генрих Наваррский готовится к битве под Иври, которая решит, кому править Францией. У полковника Теодора Шомберга другие проблемы: полк его немецких наёмников слишком давно не получал жалованья, того и гляди взбунтуется. Шомберг решает пойти к Генриху и попросить выплатить хотя бы часть долга, чтобы обеспечить повиновение полка. Генрих, погружённый в размышления о численном превосходстве противника, посылает полковника прочь со словами «Нашёл же, блин, время просить денег, когда надо просить указаний на битву!»
На следующий день Генрих видит, что Шомберг едет во главе своих немцев, пребывая в наимрачнейшем расположении духа. Генрих соображает, что дал маху, и немедленно скачет к полковнику, придав лицу самое любезное и дружеское выражение из возможных. «Мсье Шомберг, я обидел вас — говорит он так громко, что слышат все вокруг. — Этот день может стать последним в моей жизни. Я прогневаю Господа, если паду после того, как оскорбил честь дворянина, ничем не искупив своей вины. Я уверен в вашей отваге и заслугах, и умоляю вас простить меня». «Это правда, — отвечает полковник. — Вы нанесли мне рану накануне, но сегодня вы убили меня, ибо ваше поведение в этот миг вынудит меня пожертвовать жизнью, служа вам».
Генрих выиграл битву при Иври. Теодор Шомберг погиб в ней, сражаясь рядом с королём. Наёмники получили обещанное сполна.
(antoin)
===
Дуэль с королем
На одном из смотров войск случилась у Густава Адольфа ссора с полковником по фамилии Ситон. В итоге король ударил Ситона, коему такой аргумент показался неприемлемым в текущей дискуссии. Так что по окончании маневров полковник явился к королю и потребовал отставки, король её подписал, и полковник удалился. Больше никто из них не сказал ни слова о произошедшем.
Густав, всё же, на холодную голову подумал, что вышло как-то некрасиво, и послал за полковником. Королю сообщили, что Ситон уже ускакал в сторону Дании, чтобы послужить врагам своего обидчика. Густав подпрыгнул и помчался вослед, взяв только офицера и пару слуг. Ситона он нагнал уже за датской границей, оставил всех спутников, кроме одного, и подскакал к бывшему полковнику со словами «Спешивайтесь, сударь; я признаю, что вы были оскорблены; поэтому я сейчас здесь, чтобы дать вам сатисфакцию дворянина, ибо будучи вне моих владений, Густав и вы равны. У нас обоих, я вижу, есть пистолеты и шпаги; из седла, сударь, немедленно, и дело будет решено». И король сам спрыгнул на землю.
Ситон сначала, мягко говоря, удивился, но потом очнулся и тоже спешился, упал на колено и сказал: «Сир, вы дали мне больше, чем просто сатисфакцию, когда снизошли до того, чтобы сделать меня вам равным. Упаси бог, чтобы моя шпага нанесла хоть какой-нибудь вред столь храброму и благородному государю! Позвольте мне вернуться в Стокгольм; и не лишайте меня чести жить и умереть на вашей службе». Король поднял его, обнял, и они вернулись в Стокгольм друзьями, к удивлению всех придворных.
(antoin)
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2009-08-26 01:57 pm (UTC)no subject
Date: 2009-08-26 05:17 pm (UTC)Великий князь Константин не мог понять причину самоубийств и, только когда навел справки, смог разобраться в происходящем. Он послал к полякам своего генерал-адъютанта, чтобы тот в присутствии всего полка извинился перед двумя оскорбленными великим князем офицерами. Генерал Тулинский принес извинения полку и офицерам за опрометчивость князя. Офицерское собрание было удовлетворено этими извинениями, между тем как один из посрамленных офицеров - Шуцкий - потребовал от князя сатисфакции, считая, что только поединок смоет это оскорбление его личной чести. Генерал Тулинский отправил Шуцкого под домашний арест. "Итак, и мой час настал и я последую за моими честными товарищами, но, к сожалению, умру неудовлетворенным, - сказал Шуцкий.
Чтобы предотвратить самоубийство, к Шуцкому был приставлен офицер. Шуцкий воспользовался тем, что его охранника сморил сон, и повесился на своем галстухе. Офицер проснулся, снял Шуцкого из петли, и, по приказанию полкового командира, Шуцкого отправили на гауптвахту. Великий князь, узнав о случившемся, в сопровождении генерала Куруты поспешил на гауптвахту, приказал собрать всех офицеров 3-го полка и сказал Шуцкому: "Вы объявили, что желаете стреляться со мною: генерал Тулинский арестовал вас, исполнив тем самым мое поручение совершенно иначе, чем я того желал. Я явился сюда с тем, чтобы исполнить ваше желание; смотрите на меня не как на брата вашего монарха и генерала, а как на товарища, который очень сожалеет, что оскорбил такого хорошего офицера. Все мои дела приведены в порядок, и генералу Куруте поручено на случай моей смерти распорядиться всем тем, что я желал бы еще устроить".
Шуцкий уверял, что теперь он более чем удовлетворен милостью, оказанной ему великим князем. Константин настаивал на поединке. И офицеры, и сам Шуцкий восстали против этого. "Ну, если вы этим удовлетворены, то обнимите же меня, - сказал великий князь, - и докажите тем, что вы мне друг; только обнимимтесь по русскому обычаю, поцеловавшись в губы". Они расцеловались. Великий князь на следующий день на полковом смотре повторил свое извинение перед Шуцким в присутствии всех офицеров и снова обнял его перед полком.
http://lit.lib.ru/g/galkin_a_b/duelichest.shtml , но Гордин рассказывает эту историю чуть иначе.
no subject
Date: 2009-08-26 08:28 pm (UTC)no subject
Date: 2009-08-26 09:28 pm (UTC)